На сезон 1906-1907 гг. Народный дом был сдан в аренду г. Михайловскому, который пригласил на зимние гастроли драматическую труппу, но одна лишь труппа драматических актеров не могла продержаться целый сезон. Спасла положение малороссийская труппа. На сцене появились опера, оперетка, была приглашена на несколько спектаклей артистка Императорских театров О. Г. Гуриелли.

На следующий сезон театр сняли актеры А. М. Шмитгоф и предприниматель, владелец аптекарского магазина на углу Великолуцкой (ныне - Советской) улицы А. Г. Качергинский. Учитывая опыт прошлого года, они ввели гастрольную систему, которая сохранялась до 1939 года, когда создан был постоянный театр. Гастролеры же боялись Пскова, он слыл в актерской среде «театральной могилой». Когда визитеры в Пскове прогорали, антерпренеры были беспощадны и не шли ни на какие уступки. Чтобы привлекать хорошие исполнительские силы, город вознамерился не сдавать театр в аренду частным лицам, а решил распоряжаться сценой сам. Была создана специальная театральная комиссия, в которую вошли И. А. Красов, А. И. Чернов, А. А. Кирпичников. Ее председателем стал член управы С. Н. Лохов. К театральному делу привлекли профессионалов: артистов Листова, Юрьевского, художника-декоратора Алексеева. И все-таки Народным дом не пользовался такой популярностью у псковичей, как Летний театр, который был доступен всем слоям населения и с наступлением лета становился центром культурной жизни города. В Народном же доме мешали сквозняки, была плохая акустика, фойе напоминало казарму, неприглядно выглядел буфет, в котором «можно было умереть либо от холода, либо от кухонного чада». Наполнялся зал, лишь когда приезжали знаменитости или проходили благотворительные концерты. С горечью говорила интеллигенция о том, что Народный дом превращается в балаган для заезжих артистов. Протест вызывали фарсы, оперетки, идущие на сцене. Кому только не предоставлял свою сцену Народный дом! На ней «блистали» все, вплоть до фокусников и шпагоглотателей.

«Что за нелепо стыдное сопоставление имени величайшего художника слова, родоначальника русской литературы, с опереткой или циничным, грязным безудержным фарсом, — продолжаем читать статью в «Псковской жизни» в 1909 году актрисы и писательницы Н. П. Анненковой-Бернар. — Какая исторически ценная для правдивой летописи будущего как курьез, как анекдот, следующая, на удивление «грамотная» изящная афиша:

«Веселая вдова», бал Гран-Кабаре и только редко-редко в виде заезжего почетного, но случайного гостя — драматический спектакль.

Город, задумав соорудить здание, говорят, вошел в долг. Но все же он знал для чего, для какой именно цели делается им этот долг. Если жертвуют на храм, должно выстроить храм. Оно, может быть, и доходнее, и проще построить гостиницу для приезжающих. Но что скажут жертвователи?

Они давали деньги исключительно только на храм. И мне кажется, справедливость требует: если свято, неприкосновенно хранить заветы дорогого для всей России имени, то пусть его дом станет центром настоящего искусства, настоящего просвещения, храмом духовной жизни города: или же отделиться от всех тех русских, доверчиво положивших свои лепты на алтарь народной святыни, и построить отдельный Театр Развлечений, где, как в гостинице, без всякой системы, без смысла и гармонии будут чередоваться «Веселая вдова» с лекциями о Толстом, балом Гран-Кабаре, «Вихрем вальса». На доверие отвечают доверием. Перед народными святынями снимают шапки. А ведь это дом имени А. С. Пушкина«.

Н. П. Анненкова-Бернар была права. Дело доходило до абсурдных вещей. Так, в 1913 году на сцене Народного дома в исполнении итальянской труппы шла опера «Кармен». После первого акта публика в зале начала громко кричать и скандировать: «Долой галошу!» Произошло следующее: мелькнувший на миг занавес с изображением великого поэта закрылся другим, на котором красовалась галоша, а под ней стояла фамилия владельца магазина. Управляющий псковским магазином непромокаемых изделий предложил театральной комиссии покрыть в помещении Народного дома полы линолеумом за право рекламировать изделия, предлагаемые магазином.

Сама же по себе гастрольная система имела и положительную сторону. Какие только имена не стояли на театральной афише Пскова! Правда, иногда вместо фамилий на афише значились три звездочки. Дело в том, что администрация Императорских театров запрещала своим актерам гастролировать без их ведома, в противном случае налагался штраф. Таким образом актеры конспирировались.

В нашем городе существовала хорошая традиция — актеры, сыгравшие в Пскове, оставляли на занавесе свои автографы. Псковский занавес был испещрен именами знаменитостей. К сожалению, в двадцатые годы, по воспоминанию ныне покойного режиссера В. Н. Лебедева, этот занавес во время ремонта театра был уничтожен.

      О театре       Книги об истории театра       И. Цирпонс. "Актеры. Роли. Зрители." Псков, "Стерх", 1997 г.      Первые сезоны Народного дома и не сохранившийся занавес с автографами